Школа структурной соционики

Научного Соционического Общества

 
 
   

А. Трехов, П. Цыпин

О корректном понимании дихотомии рациональность / иррациональность.

Определения и заблуждения.

"Глубинное отличие рациональных типов от иррациональных – это обращенность первых к прошлому опыту …, а вторых – к тем переменам, которые несет с собой будущее" [7, стр.46].

"Для рационала построенный план – это … дорога, по которой он … может двигаться в будущее, не опасаясь неожиданностей … . План для рационала желателен. Он выступает в качестве необходимого средства, которое приведет его к цели" [7, стр.46].

"… для иррационала план – это решетка, досадное препятствие, не позволяющее ему гибко вписываться в постоянно меняющийся поток событий…" [7, стр.47].

Крайне странная, на наш взгляд, позиция. Прежде всего, непонятно, как дихотомия рацио- / иррациональность связана с направленностью на прошлое или будущее. Ведь фактор времени в соционике отражает признак интуиция / сенсорика. Интуит как раз настроен на восприятие информации о прошлом и будущем, а сенсорик – на восприятие информации о настоящем.

Иррациональный интуит (как и рациональный) очень чуток к традициям, к их изменениям, а, например, рациональные сенсорики обычно принимают во внимание сиюминутную ситуацию, вне явной связи с прошлым опытом (то есть чисто интуитивным фактором). Кроме того, именно иррациональные интуиты склонны действовать по привычке, по инерции, полагаясь на свой опыт или понимание традиций; наиболее четко эти качества проявлены у людей ТИМа .

Теперь о планах. Их можно разделить на две категории: планы других людей, навязанные нам (планы начальства, членов семьи и т.п.), и планы собственные. Планы первой категории редко бывают приятны людям любых ТИМов, что же касается планов действий собственного "производства", то они есть у всех. Другое дело, насколько жестким является план и сколько он предусматривает вариантов реализации.

Планы иррационалов обычно многовариантные и напоминают "дерево целей" из теории управления. Планы рационалов несколько жестче и больше привязаны к фиксированным методам работы. Однако никак нельзя сказать, что для иррационала план является препятствием; план есть естественная программа действий на будущее и любой человек, даже самого низкого уровня развития, хочет он этого или нет, планирует.

Далее, есть такой "феномен", как культура планирования: многим её ненавязчиво прививают в детстве и юности или позднее (уже более навязчиво) на работе; таким людям – совершенно независимо от ТИМа – легко жить, работать и общаться: они обязательны, результативны и неизменно пользуются уважением коллег, начальства и близких.

Наконец, довольно часто встречаются яркие , и другие рационалы, совершенно не имеющие ясных планов на будущее; они необязательны, неконкретны и, естественно, редко достигают успехов в делах. Неумение грамотно планировать дела и держать слово – существенный недостаток их интеллектуального развития, а последнее не имеет никакой корреляции с ТИМом.

"Иррациональность – целостность и неразрывность в восприятии мира, континуальный, волновой, диффузный характер психических функций. Ассоциативность в построении суждений, когда соседствующие понятия соединяются вероятностной, беспричинной связью" [5, стр. 186].

"Рациональность – расчлененность и упорядоченность в организации психических функций, их дискретный, последовательный характер. Линейность в построении суждений, когда последующая мысль вытекает из предыдущей по закону причины и следствия" [5, стр. 187].

Такое определение носит явно дискриминационный характер: иррационалы, выходит, не признают причинно-следственных связей в окружающей действительности. Понимание причинно-следственных связей доступно любому человеку; другое дело, что степень использования этих связей в интеллектуальной деятельности зависит от уровня развития. Люди невежественные (в том числе типичные рационалы!) не склонны признавать причинно-следственные связи, когда те явно противоречат имеющимся убеждениям. И наоборот, даже дети-дошкольники (и вдобавок иррационалы!) при высоком уровне интеллектуального развития вполне свободно оперируют несложными причинно-следственными связями.

"Ассоциативность в построении суждений" также доступна всем; у всех бывают те или иные ассоциации, которые используются в работе интеллекта. Мало того, эти ассоциации могут быть практически идентичными как у рационалов, так и у носителей иррациональных ТИМов.

"Рациональные типы отстранены от непосредственного восприятия мира, между ними и миром существует некая психологическая дистанция, позволяющая обдумывать, давать оценки, заранее принимать решения, ставить цели, планировать действия, подчинять эти действия критериям морали, этики, симпатии-антипатии и т.д. Всё задуманное они стараются последовательно довести до конца. Если какие-то обстоятельства помешают рациональному индивиду осуществить его планы, он ощутит дискомфорт, состояние беспокойства и неудовлетворенности. Бывает даже так, что он никак не может переключиться от одного дела к другому, хотя и желал бы этого, как будто какая-то неведомая сила не позволяет ему это сделать; он "зацикливается" на одном и том же.

Иррациональные типы как бы непосредственно включены в течение событий, они – вечно "внутри потока", их действия зависят не столько от заранее взятых намерений, сколько от случайностей ситуации. В своем внешнем поведении они бывают непредсказуемы и изменчивы, причем эта изменчивость впрямую зависит от изменчивости мира. Человек этого типа, в частности, может, не докончив, бросить одно дело и увлечься другим.

И во многих других проявлениях эти два типа психики проявляют себя полярно противоположным образом. Вот несколько других существенных примет:

- человек рационального типа работает планомерно, не любит рисковать, в то время как иррациональный действует спонтанно, поддавшись сиюминутному увлечению, он способен пойти на рискованное дело, не очень заботясь о том, чем это может для него кончиться;

- рациональный очень тяжело переносит состояние неопределенности, поскольку в такой ситуации ничего заранее нельзя предусмотреть и запланировать, в то время как для иррационального состояние неопределенности – его родная стихия, а чересчур "заорганизованная" жизнь его, наоборот, угнетает и утомляет;" [6, стр. 54-55].

Прежде всего, давать оценки, планировать действия и ставить цели способны в равной степени как рационалы, так и иррационалы. Мало того, как будет показано ниже, именно иррационалы имеют наиболее четкие или даже неизменные цели. Все люди, построив планы (даже самые приблизительные) ожидают, что эти планы будут реализованы. Никто не жаждет провала собственного плана (даже самый "иррациональный иррационал")!

Далее, никак нельзя согласиться с тем, что иррационал "может, не докончив, бросить одно дело и увлечься другим". Почему все иррационалы обязаны быть необязательными и ненадежными в делах людьми? На самом деле иррационал рассуждает так: если дело потеряло перспективность () или своевременность (), его можно либо временно, либо постоянно "отставить"; никакой непроизвольности или непредсказуемости в таких действиях нет, и все (или почти все) "бросания дел" могут быть четко объяснены в экономических терминах.

Откуда следует, что иррационалы безрассудно идут на риск, нам непонятно. Что они, глупее рационалов, действующих осмотрительно? Сомневаемся! Кстати говоря, часто встречаются по-настоящему безрассудные люди не слишком высокого уровня развития ТИМов , и , готовые рисковать по любому поводу, лишь бы был так называемый "драйв". Наоборот, очень многие , , очень осторожны и даже мнительны: их поступки чаще всего тщательно (или даже всесторонне) продуманы.

Наконец, степень тяжести состояния неопределенности, на наш взгляд, определяется дихотомией интуиция / сенсорика: интуиты склонны более терпимо относиться к неопределенности, чем тяготеющие к полной конкретике сенсорики (подробно об этом в нашей статье "О корректном понимании дихотомии интуиция / сенсорика").

"Степень подвижности нервной системы человека определяется … шкалой – "рациональность – иррациональность".

"Иррациональные люди обладают более подвижной нервной системой. Они живут волнообразными ритмами подъемов и спадов, их работоспособность сильно зависит от настроения. Когда они в упадке, производительность труда резко падает – они не могут заставить себя работать с полной отдачей. Но когда у них наступает подъем, их силы многократно возрастают, и они наверстывают в такие моменты упущенное и совершают большие прорывы вперед.

В поведении иррационалы гибко меняют свою линию, легко перестраиваются по ходу дела, меняя при необходимости свое поведение на противоположное. Они не могут без экспериментов, импровизаций, нуждаются в постоянных переключениях с одного интересного дела на другое.

Рациональные люди обладают негибкой, инертной нервной системой. Им присуща стабильная работоспособность, ярко выраженного чередования спадов и подъемов у них нет. Их настроение, конечно, тоже может изменяться, но это происходит не само по себе, а под воздействием внешних причин и не влечет за собой резких колебаний работоспособности. При необходимости они поддерживают стабильный ритм и достаточно долго сохраняют среднюю производительность труда.

В поведении и партнерстве рационалы надежны и последовательны. Они с большим трудом подстраиваются под изменившуюся ситуацию, если уже настроились на определенный план действий. Частые переключения с одного занятия на другое их раздражают. Они настроены доводить начатое дело до конца даже при потере первоначального интереса, а только потом переключаются на следующее". [4, стр. 18].

Любые корреляционные зависимости соционических величин и характеристик работы нервной системы, очевидно, надуманы. Нервная система не определяет особенностей переработки информации человеком и мотивации его мышления. "Подвижность" нервной системы – индивидуальная особенность, и на ТИМ она не влияет. Каждодневно наблюдаются представители рациональных ТИМов, например, , исключительно быстро переключающие внимание с одного информационного массива на другой и, в то же время, вокруг множество "заторможенных" (в плане реактивности нервной системы!) людей с иррациональными ТИМами, например, , и др. Итак, практически никак не подтверждается, что "иррационалы обладают более гибкой нервной системой"; скорость и вариативность нервных реакций от ТИМа не зависит.

Любые поведенческие характеристики ТИМов или групп ТИМов всегда условны, потому что ТИМ дает представление о переработке информации интеллектом человека, а поведенческие качества не являются прямым следствием информационных процессов.

По поводу изменения настроения: под влиянием внешних причин оно изменяется у экстравертов, мотивируемых главным образом реальностью внешнего мира; рациональность здесь ни при чем. Кроме того, есть рациональные ТИМы с программной : у них именно настроение определяет степень активности и работоспособности и меняется оно иногда самопроизвольно (по крайней мере, так представляется окружающим).

Тезис о надежности рационалов в партнерстве выглядит откровенно шовинистически: выходит, что иррационалы "патологически" ненадежны?! Заметим лишь, что такие качества, как совесть, надежность, честность никак не являются соционическими факторами – человек любого ТИМа может оказаться предателем или, напротив, верным другом – в соответствии с особенностями своей личности. Отметим, что на практике у рационалов может быть несколько одновременно выполняемых дел; современный бизнес требует быстроты и оперативности, так что всем его участникам нужно "крутиться" и переключаться. Конечно, иррационалам переключаться с одного дела на другое легче, но и рационалы на это вполне способны.

"Человек рационального типа всегда действует продуманно, в соответствии с выверенной линией поведения и во всех делах точен. Любое дело тщательно продумывает, не оставляя нерешенным ни одного вопроса, т.к. нерешенные вопросы для него серьезная помеха. Он трудно перестраивается; если план выполняется не так, как намечено, чаще всего продолжает действовать по инерции, по старой схеме, из-за чего у него постоянно возникают проблемы. Человек этого типа легко работает в системе, где определяющими являются порядок и дисциплина" [8, стр.24-25].

"Человек иррационального типа импровизирует, действует по вдохновению, творчески приспосабливаясь к ситуации и полагаясь на случай. В общении сразу входит в контакт, в любую ситуацию "врывается" и только затем начинает изучать людей и их качества. Импульсивность и непоследовательность характерны для его деятельности, он любит быть свободным от обязательств. Эффективно действует только под влиянием чувств. У него всегда много начатых дел, их решение он откладывает на последний момент и не всегда умеет их завершить, т.к. больше всего, из-за своего любопытства, любит браться за новые для себя дела" [8, стр.25].

Вообще, на наш взгляд, в соционике недопустимы такие термины как "всегда" или "при любых обстоятельствах": ТИМ редко проявляется буквально и всеобъемлюще, поэтому все соционические характеристики относительны и умозрительны. Человек рационального ТИМа вполне способен вести себя безрассудно, особенно, если это рациональный экстраверт. Интеллектуально развитый иррационал, как правило, ведет себя очень последовательно. "На случай" полагаются люди инфантильные или беззаботные, но эти качества никак с ТИМами не связаны. Беззаботным на практике может оказаться и представитель ТИМа или , и этой беззаботности не помешает ни рациональность, ни интроверсия, ни сенсорика. Конечно, абсолютно нелепо приписывать иррационалам непоследовательность; если человек умеет работать, то он – независимо от ТИМа – находит оптимальные последовательности выполнения работ, которые у каждого будут свои и при этом – вполне эффективные.

Вопрос о завершении дел относится к "компетенции" дихотомии процессуальность / результативность; результативные ("левые") иррационалы гораздо более склонны к быстрому завершению дел, чем процессуальные ("правые") рационалы.

Наконец, любопытство никак не является соционическим фактором, оно может быть свойством только отдельной личности.

Наши позиции.

1. У всех рациональных ТИМов рациональные аспекты располагаются в акцептных каналах модели А; иррационалы имеют там, наоборот, иррациональные аспекты. Рациональные аспекты, особенно , выражают методологию действий. Иррациональные аспекты, особенно , выражают цели действий. Получается, что для рационалов методы неизменны, а цели – предмет бесконечных манипуляций; для иррационалов, напротив, цели неизменны и даже "святы", а методы переменны, являются предметом манипуляций.

К. Рылеев – очевидно, иррационал – примерно так говорил на допросе императору Николаю: "Быть может, методы наши [декабристов] были нехороши, но цели были благородны!".

Рационал Сталин () проповедовал: "Нет таких крепостей, которых большевики не могли бы взять". В переводе на соционический язык это звучит так: если иметь в своем распоряжении большевистский метод действий, то можно достигнуть любой цели. Метод для Сталина – неизменен, цель – произвольна, то есть диктуется ситуацией.

Св. Игнатий Лойола рассуждал как типичный иррационал, бросая лозунг "цель оправдывает средства". Иррационалы в силу расположения методологических аспектов в продуктивных каналах модели А вообще неразборчивы в средствах. А что же является целью для рационала? Торжество его метода! Для Сталина – торжество большевистского метода, для Гитлера () – торжество национал-социалистского метода, для Троцкого () – торжество идеи (и метода) мировой пролетарской революции и т.д.

Для сравнения цели иррационалов. Ленин (): построение социалистического государства (системных его основ) в отдельно взятой стране; Черчилль ( или возможно ): сохранение в относительной неприкосновенности Великобритании в условиях второй мировой войны; Хрущев (): установление коммунизма к 1980 г.; Горбачев (): выполнение продовольственной программы, "каждой семье – отдельную квартиру к 2000 году".

Для иррационала вполне возможна ситуация, когда имеется чёткая и реализуемая цель, но некоторое время отсутствуют методы для её достижения. У рационалов же, совсем наоборот, описанная ситуация практически маловероятна, зато часто бывает, когда есть прекрасный метод, который пока (и, возможно, в течение значительного времени) некуда применить.

Отметим, что традиционно понимаемая целеустремленность присуща всем ТИМам: просто цели различаются, в частности, на рацио- и иррациональные.

2. Традиционно принято считать, что иррациональность есть непосредственное восприятие информации, а рациональность – опосредованное суждение.

Обратимся к причинно-следственным связям модели А: у всех иррациональных ТИМов рациональные элементы функционально зависят от иррациональных, то есть самостоятельное и первично восприятие, а суждение вторично. У рационалов всё наоборот: первично суждение, а восприятие от него функционально зависит. Рационал или "рассудочный человек" сперва производит мыслительное усилие, а потом чувствует или ощущает, в то время как иррационал, наоборот, сперва испытывает какие-либо ощущения, а потом их внутри себя осмысливает. Рационалы заранее программируют себя "на чувства", изобретают их, подгоняя потом сферу своих ощущений к придуманным "нормам". Иррационал стремится сперва попробовать что-либо, а потом делать выводы, строить предположения и давать объяснения происшедшему.

Значит, дело не в том, что один настроен на восприятие, а другой – на суждение, а в том, что первично.

Следовательно,
Pационал есть тот, у кого первично опосредованное суждение, а восприятие подчинено этому суждению.

Иррационал – тот, у кого непосредственное восприятие функционально определяет суждения.

3. Одно из традиционных заблуждений по поводу рассматриваемой дихотомии заключается в том, что планированием своих действий занимаются только рационалы, иррационалы же вообще живут "по наитию" – что-либо продумывать заранее им не свойственно в принципе. Откуда произошли такие бредовые выводы, нам непонятно, но вред от них очевиден и весьма существенен. Что же на самом деле?

Планируют, конечно, представители всех ТИМов. Различие в том, как они относятся к возможности изменения своих планов под влиянием обстоятельств. Рационалы желают буквальной реализации своих планов, даже если обстоятельства изменились. Иррационалы, планируя, вполне готовы к тому, что планы будут пересмотрены или потеряют смысл. Они тогда быстро переориентируются исходя из новой ситуации, и выработают новый план. Можно сказать и так: иррационал занимается гибким, многовариантным планированием, а рационал – директивным, однонаправленным.

Заметим, что само понятие плана различается у рационалов и иррационалов. Первые под планом понимают методологически выверенную последовательность действий во времени, вторые же имеют в виду подход к важной для них целевой установке.

Пример

План рационала: "в воскресенье буду писать статью – в первой половине дня подбираю материалы, потом обедаю, затем обобщаю материалы и печатаю текст. Если кто-нибудь позвонит поболтать, отвечу ему, что я немного занят и вернусь к своей работе". План иррационала: "в воскресенье буду писать статью – в ней в принципе всё понятно, надо только сесть за компьютер и напечатать текст, поглядывая в материалы. За день можно статью закончить. Если кто-нибудь позвонит и напросится в гости или предложит встретиться, я соглашусь, а статью закончу в другой день – время пока терпит".

Может показаться, что иррационалы легко отказываются от своих планов. На самом деле это не так: иррационал, переключая своё внимание на новый - незапланированный заранее вид активности – взвешивает значимость обоих дел, старого и нового, и делает для себя вывод: что приоритетнее. Если ему предлагают бросить важное дело во имя несущественного, он откажется. Рационалы же вообще не любят переключаться с одного дело на другое без веской необходимости. Но – опять же – если такое переключение оправдано, они способны прекратить начатую активность и заняться чем-то другим – с неохотой, без удовольствия.

4. О спонтанности и предсказуемости.

Принято считать, что иррационалы ведут себя спонтанно, их поступки трудно предсказуемы и часто даже нелепы с позиций разума, рационалы же, напротив, всегда последовательны. В частности, В. Гуленко пишет:

"… в соционическом смысле рациональное как осмысленное, предсказуемое, сознательное, планомерное, аналитическое является противоположным иррациональному как неупорядоченному, спонтанному, целостному, неосознаваемому, синтетическому" [1, стр. 51].

Эта позиция нам представляется не вполне объективной.

Во-первых, надо определиться с терминологией: что считать спонтанным? Видимо, те поступки, слова и мысли, которые не следуют прямо из текущей ситуации. Но тогда оба полюса рассматриваемой дихотомии находятся в равных условиях: просто мысли, слова и поступки вызваны разными причинами. У рационалов они – плод суждения, а у иррационалов – непосредственного восприятия реальности. Проблема в том, что понять мотивацию другого полюса весьма непросто. Да, с точки зрения рационала, например, внезапное изменение плана дня иррационалом кажется спонтанным и непродуманным. Но на самом деле иррационал тщательно проанализировал свой поступок, оценив возможности и перспективы различных вариантов действий в меняющихся условиях. Один иррационал для другого, как правило, не кажется непредсказуемым. Естественно, и для иррационала рационал – непредсказуем, например, меняет планы, исходя из своего быстро трансформирующегося эмоционального состояния, (что для иррационала совершенно непонятно).

Итак, предсказуемость и все сопутствующие понятия, безусловно, относительны.

Во-вторых, признак рацио- / иррациональность весьма "реостатен" (если пользовать терминологией Г. Шульмана [3]).

В частности, выделяются 4 "группы рациональности":

1 группа – "чистые рационалы" - представители рациональных подтипов рациональных ТИМов [2]. Они действительно склонны к жесткой последовательности всех мыслительных операций и (отчасти) действий. Они, вероятно, рациональны и в бытовом смысле.

2 группа – представители иррациональных подтипов рациональных ТИМов. Здесь появляется подтипный темперамент (гибко-разворотливый у интровертов и восприимчиво-адаптивный у экстравертов), существенно изменяющий внешние характеристики информационного метаболизма в сторону иррациональности. Их обычно путают с иррационалами.

3 группа – представители рациональных подтипов иррациональных ТИМов. Здесь также появляется подтипный темперамент (линейно-напористый у интровертов и уравновешенно-стабильный у экстравертов). Этих людей часто путают с рационалами.

4 группа – "чистые иррационалы" - представители иррациональных подтипов иррациональных ТИМов. Они действительно могут быть исключительно спонтанными и трудно предсказуемыми для окружающих. Это иррациональность даже в бытовом смысле.

Заключительные замечания.

Иррациональность – это вовсе не отсутствие целесообразности, а нерасчлененность, комплексность восприятия действительности. Рациональность же предполагает осознание мира на основе дискретности, "стадийности", когда мышление последовательно проходит ряд этапов от одного умозаключения к другому. Если обратиться к "электротехнической" аналогии, то рациональное сознание подобно последовательному соединению элементов электрической цепи, а иррациональное – параллельному.

Дихотомия рацио- / иррациональность не имеет ничего общего с понятиями "разумность / неразумность", поскольку последние отражают не врождённые свойства мышления, а ситуативную оценку эффективности или результативности того или иного поступка.

Определение:

Pациональность есть причинная обусловленность восприятия суждением

Иррациональность есть причинная обусловленность суждения восприятием

Литература.

1. Гуленко В. В. Структурно-функциональная соционика: Разработка метода комбинаторики полярностей. – К.: Транспорт Украины, 1999. –Ч.1.

2. Меньшова Т. И., Цыпин П. Е., Лёвин И. В. Секреты типирования. – М.: Доброе слово, 2004.

3. Шульман Г. А. Модель социона // Соционика, ментология и психология личности, №3, 1995.

4. Мегедь В. В., Овчаров А. А. Учитесь эффективно управлять людьми. – Ровно: ППФ "Волинскi обереги", 2000.

5. Румянцева Е. А. На пути к взаимопониманию: соционика – учителям и родителям. – М.: Армада-пресс, 2002.

6. Филатова Е. С. Соционика для всех. Наука общения, понимания и согласия. – СПб.: Б&К, 1999.

7. Удалова Е. А. Уроки соционики, или Самое главное, чему нас не научили в школе / Е. А. Удалова, Л. А. Бескова. – М.: Астрель, 2003.

8. Иванов Ю. В. Деловая соционика. – М.: ЗАО "Бизнес-школа", "Интел-синтез", 2001.